Драма Вознесенского собора

Вознесенский собор Петропавловска
Малиновый звон колоколов

130 лет назад, летом 1865 года, там, где сегодня стоит областной драматический театр, была заложена главная православная церковь старого Петропавловска — Вознесенский кафедральный собор. Тогда это была четвертая церковь города, который только-только начинал строиться на горе. Строили собор на месте бывшего менового двора, о котором впоследствии напоминали каменные торговые лавки, пристроенные к гостинице «Россия» (здание УВД), и городской базар, давший начало улице Торговой (ныне Интернациональная).
В 1870 году, в день Вознесения, праздничный перезвон десяти колоколов, самый большой из которых весил 513 пудов, «позвал» верующих на первую службу. Первоначальный цвет собора красный, т.к. штукатурить и белить стены в прошлом веке было не принято. Торжественному облику храма под стать стало и его внутреннее убранство: оклады икон из драгоценных камней, золота и серебра, позолоченный трехъярусный иконостас, престолы из орехового дерева, золотая, серебряная утварь, ковры и т.д.

Вознесенский собор и Соборная площадь обозначили на карте города сразу три новые улицы: Пушкинскую, Вознесенскую (ныне Революционная) и Вознесенский проспект.
Деньги на строительство собора пожертвовала почетная гражданка Петропавловска, вдова купца второй гильдии, Мария Глазкова. Ее муж, Григорий Глазков, нажил состояние на торговле мануфактурой. На грандиозный дар городу Глазкова потратила весь свой капитал. Кроме этого, она передала собору семейное имение, расположенное в нескольких километрах от города, в деревне Ольшанке. Не жалел средств на Вознесенский собор и сын Глазковой, потомственный почетный гражданин Петропавловска Федор Григорьевич Глазков. В 1897 году он открыл первую в городе церковно-приходскую школу при соборе.

Икона, подаренная царём

В числе особо почитаемых икон собора была икона Николая-Чудотворца, подаренная городу царем Николаем II. Она доставлена в Петропавловск в апреле 1915 года. «Публики, встречавшей икону, которую пожертвовал государь-император, было ужасно много. На Вознесенском проспекте пыль подняли невозможную...», — это строки из дневника очевидца событий.
Трудно сказать, почему монарший взор был обращен к далекому провинциальному городу. Возможно, в знак благодарности за прием, оказанный ему, тогда еще цесаревичу, 18 июля 1891 года. В этот день, возвращаясь из дальнего путешествия в форме рядового казака Сибирского казачьего войска, будущий царь посетил Петропавловск.

Обвиняются… три монахини

Установление советской власти в Петропавловске в конце 1917 года никак не отразилось на судьбе Вознесенского собора и религиозной жизни вообще. Действия Петропавловского совдепа говорят об уважительном отношении к религии. Вот два примера. В середине мая 1918 года молодой коммунист, занимавший высокий пост в особой следственной комиссии по борьбе с контрреволюцией, Василий Кравченко, венчался со своей невестой в Вознесенском соборе.
В том же месяце газета «Известия Петропавловского совдепа» в первый день Пасхи приветствовала своих читателей словами: «Редакция поздравляет читателей с днем учителя — социалиста Христа!».
Пришедший на смену колчаковской власти, Петропавловский ревком закрыл монастыри, тюремную церковь и церковь Романовского училища, однако без волокиты регистрировал различные религиозные общины, в результате чего их оказалось даже больше, чем в дореволюционном Петропавловске.
Зыбкость своего положения местная епархия почувствовала в 1922 году, когда вышел декрет об изъятии церковных ценностей. Тяжесть этого акта усугублялась еще расколом внутри самой церкви. Новая обновленческая церковь безоговорочно поддерживала политику советского правительства, в то время как староканоническая была солидарна с патриархом Тихоном, который открыто осудил правительственный декрет. Линия раскола прошла и между петропавловскими церквами. Лагерь обновленцев в городе возглавил архиепископ собора Алексей Кононов. Так до последних своих дней в документах НКВД Вознесенский собор числился в списке обновленческого прихода.
В областном архиве, в материалах губернского революционного трибунала, хранится дело, связанное с изъятием церковных ценностей в Вознесенском соборе. Обвинялись три монахини. Вина их заключалась в том, что они сокрушались, когда снимали дорогие ризы, и предлагали священнику утаить несколько икон.
Кроме этого, одна из них унесла лампадку, а другая говорила верующим, что икона Божией Матери «так и не дала снять с себя ризу». Согласно протоколу судебного заседания священники-обновленцы никакого отношения к делу не имели и монахиням не сочувствовали.
Между тем у советской власти обновленцы привилегиями не пользовались. Когда в 1923 году в Петропавловске официально завершили передачу церковной собственности в руки государства, тот же архиепископ Кононов, как и другие служители культа, лишился крова в придачу к лишению права голоса.

Так разрушали храмы

Весной 1929 года в Петропавловске, как и по всей стране, началась беспрецедентная антирелигиозная кампания, в результате которой в городе закрыли практически все церкви, молитвенные дома, мечети, костел и синагогу.
Вознесенский кафедральный собор закрыт решением городского Совета от 2 февраля 1930 года. Куда только ни обращались прихожане, пытаясь доказать, что приговор городских властей несправедлив.
«Постановление городского Совета, — жаловались верующие в Президиум ВЦИК, — совершенно не мотивировано. Посещение у нас хорошее, громадные средства прихожан (около 5000 рублей) затрачены на ремонт собора. Наша община перерегистрирована только год назад. Наш храм всегда поддерживал директивы правительства трудящихся...».
Такие письма, как правило, оставались без ответа, а между тем собор стал систематически подвергаться варварским нападениям. Ночные посетители крушили и ломали все, что попадалось под руки, особенно пострадала отопительная система. Одновременно местная газета опубликовала целую серию «разоблачительных» статей по поводу «поповского вредительства в соборе».
«Слухи о возможном использовании большого петропавловского собора под культурные нужды трудящихся заставили «поповскую администрацию» зашевелиться, — писала газета «Смычка» за 3 ноября 1930 года. — Ответственные за сохранность сданного им в аренду здания, попы решили действовать по принципу: «Если не нам, то не будет и вам...».
Чтобы как-то облегчить судьбу священников, религиозная община собора объявила о том, что она отзывает все свои жалобы и самораспускается. Так закончилась борьба верующих за свой собор.
В следующем 1931 году в здание Вознесенского собора переселился областной краеведческий музей. Однако пребывание музея под соборным куполом оказалось недолгим. Вознесенский собор продолжал разрушаться, отопительная система не восстанавливалась, стены сырели и осыпались.
«Петропавловский музей находится в плачевном состоянии. Стены исцарапаны, побиты, стекла в окнах раздроблены. Уже один вид отталкивает посетителей» — так писала о музее местная газета. Когда в 1934 году музею удалось, наконец, выбраться из полуразрушенного здания, судьба собора была решена. В том же году горкомхозу поручили сровнять собор с землей, а именно: к 15-летию образования республики, т.е. к октябрю 1935 года. Этому плану не суждено было сбыться, вскоре выяснилось, что на уничтожение церкви понадобятся не месяцы, а годы. Только осенью 1937 года местные властивздохнули с облегчением: кроме площадки, покрытой щебнем, ничего больше не напоминало о храме. Правда, оставалось еще девять увесистых книг записей о венчании, о родившихся и умерших в г. Петропавловске. Участь их сегодня неизвестна. Известно точно, что соборные книги записей хранились в областном архиве до 1947 года.

1995 г.

краевед Т.В. Макарова
«Петропавловск: страницы истории»
Издательство «Северный Казахстан», 2008 г.

1 комментарий

avatar
Без комментариев…
Только зарегистрированные и авторизованные пользователи могут оставлять комментарии.